Для западных финансовых властей 2023 год прошел под знаком емкой англоязычной формулы higher for longer («высокая ставка надолго»). Длительный период околонулевых ставок, стимулирующая политика государства и дорогое сырье привели к тому, что финансовым регуляторам США и Евросоюза пришлось повышать стоимость денег и удерживать ее на максимумах с начала века, чтобы обуздать инфляцию. К концу 2023 года перед такой же необходимостью — удерживать непривычно высокую процентную ставку непривычно долго — встал и Банк России. Из-за разгона цен ключевую ставку за считаные месяцы пришлось поднять более чем вдвое, до двузначных величин
Для политики Банка России нынешнюю ситуацию можно назвать уникальной. Если раньше за резкими повышениями ставки следовало быстрое смягчение и нормализация кредитных условий, то теперь такой сценарий маловероятен — российская экономика заканчивает 2023 год с инфляцией почти вдвое выше 4%-ного таргета и с целым набором устойчивых проинфляционных факторов, от дефицита на рынке труда до мягкой бюджетной политики, «неохлажденного» рынка кредитования и слабого рубля. Как ЦБ и российская финансовая система оказались в такой ситуации?
Как созревала инфляция
Причины нынешней устойчиво высокой инфляции во многом сложились уже в конце 2022 года. К началу осени условия в российской экономике еще позволяли ЦБ снижать ставку. Темпы роста цен оставались низкими — экономическая активность бизнеса понемногу росла, но население в условиях общей неопределенности и падения реальных доходов было склонно сберегать, а не тратить. На стороне замедления инфляции играл и крепкий рубль, который за счет высокой выручки сырьевых экспортеров и деградировавших в условиях санкций импортных потоков значимо укрепился к иностранным валютам. Несмотря на закручивание санкционных гаек и наращивание бюджетных расходов, риски снижения и повышения цен выглядели сбалансированными.